– А на фига вам эта каллиграфия? Это чистописание? – спросила неожиданно продвинутая подруга кандидат наук.

– Как на фига? – возразил я. – Верунчик пишет как курица лапой!

– Скажи, у тебя в детстве смартфон был? Или планшет? Или компьютер? Они – дети цифровой эпохи, хотим мы этого или не хотим, хорошо это или плохо. Это свершившийся факт. Может, у них лет через десять будет личный робот-секретарь с искусственным интеллектом на все случаи жизни, как у нас теперь – навигаторы в автомобиле.

– Робот? На фига ей робот?

– Вова! Смотри на вещи шире. Робот – это не металлический уродец, как ты, наверное, воображаешь. Он может быть маленьким и встроенным в наушник или коронку зубика и оттуда давать советы. Ну, ты ж писатель! Дочка у вас на программирование ходит, интеллектуальные программы составляет, а вы ей чистописание полувековой давности втюхиваете. Динозавры! И не спеши осуждать. Повторяю – это так называемое поколение «альфа», дети с ранним развитием и нестандартным мышлением. Они интересуются «взрослыми» вопросами, готовы к диалогам, но не критике. И мы ещё не знаем, каким вырастет это поколение, да и не можем знать. Но им предстоит решать глобальные вопросы, которые мы решить не смогли, и работать по специальностям, которых пока не существует. Знал ли ты в детстве о том, что на белом свете появятся системщики и программисты?

Возражать не стал, но подумал: как хорошо, что моя доча, несмотря на принадлежность к поколению «цифровых детей», замечает и красивый закат, и резной жёлтый листик, и отражения в лужах, и птиц… Даже дождевого червяка, который отчаянно «бился головой об асфальт» – был такой случай, – Верунчик перенесла с тротуара на газон. Спасла…

И я, кстати, не изменил своего мнения о пользе каллиграфии, потому что после десяти индивидуальных занятий писать стала вполне симпатично. Может, и правда хватит заниматься чистописанием, но она явно не зря туда ходила.

– Знакомьтесь, это Фёдор!

Нет-нет, это пока не молодой человек. Фёдор – это лесной паучок, которого мы принесли в дом из леса вместе с грибами. Естественно, я хотел пришлёпнуть Фёдора тапкой, но не тут-то было. Верунчик поселила паука в туалете! А теперь приносит ему с улицы разных осенних мошек или поздних мух, которые прячутся в тёплом подъезде.

Так уж повелось, что с августа по ноябрь наша прихожая наполняется божественным лесным мусором: брусничные и черничные листики, еловые и сосновые хвоинки, похожие на милые ученические каракули, зелёный и сизый мох… Нас, взрослых, это нисколько не раздражает.

Однажды поздней осенью я нашёл в лесу маленькую новорождённую ящерицу, ещё без защитной оболочки, похожую на крошечного лупоглазого дракончика. В лесу было два градуса тепла. Ящерка спряталась под истлевшим белым грибом. Лёжа на моей ладони, она испуганно таращила огромные чёрные глаза. Потом отогрелась и начала робко шевелиться.

Ящерка явно опоздала родиться. Я бережно зарыл её в мох. Днём обещали до десяти градусов тепла – может, отогреется…

– Ты когда-нибудь думал о том, что мы заведём паука и будем его кормить? – смеётся жена.

Отвечаю, что поначалу у меня было одно желание – включить пылесос и всосать туда Фёдора вместе с паутиной и мошками.

– И думать не смей! – смеётся Марина. – По крайней мере, пока. Ты ведь ей пересказывал год назад рассказ Кафки о человеке, который превратился в жука и стал противен своим домашним. Ну вот…

В общем, теперь у нас ещё и Фёдор живёт. Толстый стал, кстати. И наглый. Бр-р-р…

– Папуля, а кто такой Галилео Галилей? Вернее, я уже знаю, но не могу понять. Вот смотри: он изобрёл телескоп, доказал, что Земля круглая и вертится в космосе, а не лежит на трёх китах. Открыл ближайшие планеты. В общем, столько пользы принёс, а его хотели сжечь! За что?

Тут же включаю Гугл, чтобы освежить память. Ну да, ну да… Галилео вроде бы отрёкся, но до конца жизни жил под домашним арестом и даже ослеп.

Отвечаю дочке, что Галилей опередил своё время и люди его не поняли.

– Странно, – говорит Верунчик, – церковь нас учит милосердию, и церковь же Галилея хотела сжечь. А потом она же признала его как гения и героя. Где логика, папа?

Сказать ей о том, что логики нет даже в современном миропорядке? Не рановато ли? Но не было бы поздно…

Верунчик с упоением читает энциклопедии, книги о вулканах, океанах и животных, но критикует Александра Сергеевича за то, что писал стихи «несовременным языком», а знаменитые «Денискины рассказы» так и вовсе разнесла в пух и прах:

– Где это видано, чтобы горло при простуде керосином полоскали? Чтобы игрушки при кори жгли?

– А где это видано, чтобы паук в туалете жил? – не выдерживаю я.

– Папа! Это не паук! Это Фёдор! Ты же мне сам рассказ читал!

На днях встречаю её с тренировки с изрядно припухшим глазиком.

– Что случилось?

– Ну папа… Мы с Машей крутили колесо навстречу друг другу и синхронно пятками попали друг дружке в глаз. У Маши он точь-в-точь такой же! Уселись рядышком поплакать, и тут тренер: «Чего расселись? А ну встали и работать!» Обнялись и пошли работать дальше. Что поделаешь – такова жизнь.