Прекрасно помню себя в нежном возрасте. В четыре года я почти беспрекословно выполняла то, что говорили родители. Сказано не подходить к газовой плите – я не подходила. Сказано не открывать дверь никому, кем бы ни представился звонящий, – я не открывала. А вот уже в семь-восемь лет многие запреты игнорировала – слишком интересной казалась жизнь вокруг. Тем более что уже знала: родители не во всём правы, могут и ошибаться, как все люди. А собственное чувство опасности ещё не выработалось.

В этом возрасте я бессчётное количество раз ходила одна в лес, лес любила безумно. В опасность как-то не верилось. Представляю, что было бы, если бы родители узнали. И по стройкам лазила, несмотря на строгий запрет. Ну а чего – все ребята это делают, и мне надо со всеми. В то, что можно фатально оборваться и упасть, не верилось – вот такая глупая самонадеянность. С чего это я буду падать? По деревьям лазаю – не падаю, по разным снарядам на стадионе лазаю – не падаю, почему там вдруг упаду? К тому же друзья засмеют, которые зовут на стройку… А для ребёнка перспектива потерять лицо перед своими приятелями часто гораздо страшнее, чем гипотетическая опасность пострадать или даже погибнуть, о которой ему твердят родители.

Кстати, вспомнила, что даже в четыре года, когда была послушной, один момент непослушания всё-таки присутствовал – на подоконнике сидеть неудержимо тянуло. Сколько раз мать меня за это ругала, объясняла, что можно выпасть и разбиться, – бесполезно. То, что газ может взорваться, я восприняла без сомнений, тем более был такой случай в соседнем подъезде, и он произвёл на меня впечатление. И с тем, что пришедший чужой человек может причинить зло, я согласилась. А вот в то, что могу выпасть из окна, не верила. Я же в окно не лезу, просто сижу на подоконнике и смотрю на улицу.

Это я не к тому, что твердить детям о безопасности не надо. Надо, причём неустанно – говорить, объяснять, растолковывать, в чём опасность. С примерами, с логикой. Что-нибудь да отложится. Но нет гарантии, что ребёнок всегда будет следовать родительским наказам. Тем более все дети разные.

Вот сын мой в этом плане был запредельно проблемный, он не слушал никого и никогда. Всегда поступал по-своему. Каких трудов стоило уберегать его от опасностей! И я до сих пор благодарна высшим силам, что он вырос благополучно, обошлось без серьёзных травм. Мелких было без счёта.

И помню, с каким ужасом я узнала о том, что мой мальчик, оказывается, в детстве ел все дикорастущие растения подряд – в детском лагере, на даче, когда играл с другими детьми. Вот вроде и не скажешь, что ребёнок рос совсем без присмотра, однако находил возможность скрыться от родительского или воспитательского ока.

Причём я о такой всеядности и ведать не ведала, пока сын, десятилетний, сам об этом между делом не упомянул. Дескать, в лагере рос болотный лук, он его ел. Стала расспрашивать, и выяснилось, что он много чего ел. Ну, естественно, я провела с мальчишкой долгую беседу о том, что среди растений встречаются как очень ядовитые, так и просто вредные для здоровья, и есть всё подряд ни в коем случае нельзя. И ягод это касается, и грибов, и травы. Для него это стало откровением, он думал, что есть можно всё, что в рот полезло.

А ведь в семье говорилось о ядовитых растениях, и не раз. Но у него почему-то в голове это не зафиксировалось. Сын вот такой был – взбрендит ему что-нибудь, и он только и думает, как это осуществить, ничьё мнение для него не указ, никто не авторитет.

Короче, нам повезло, что моему ребёнку не попалось ничего смертельно ядовитого. А кому-то не повезло. Мой отец, к примеру, вспоминал, как в детстве был в пионерском лагере, и товарищ умер практически у него на глазах. Вытащил корень цикуты и съел его, уверяя всех, что это дикая морковка. Остановить мальчика оказалось некому – дети не знали, какая опасность в этом корешке, а взрослых рядом не оказалось. Да и взрослые-то далеко не все знают, какие растения опасные.

А уж сколько раз родители запрещали мне трогать бесхозных кошек и собак! При этом убедительно объясняли, что они переносят инфекцию, могут укусить или оцарапать, но я пропускала всё мимо ушей. Потребность дружить организмами с моими любимыми животными – гладить и обнимать собак, брать на руки и ласкать кошек – оказалась сильнее.

Я была твёрдо убеждена (глупость несусветная, спасибо многочисленной сопливой детской литературе), что меня никто никогда не укусит и не оцарапает. Я бы и льва, и волка полезла гладить, если бы они мне подвернулись. А слово «инфекция» было для меня слишком эфемерным, я не понимала, что за ним стоит.

Ну и стригущий лишай подцепила-таки. Здоровенное пятно чуть не во всё плечо. Я долго сидела дома на карантине, в школу не ходила, лечилась. Помню, очень боялась, что лишай перекинется на голову и тогда я буду лысая. Слава богу, обошлось.

А в том, что животное действительно может укусить, я убедилась лет в 12. Меня не тронула ни одна бездомная собака, не поцарапала ни одна кошка, а укусил щенок добермана, которого родители подумывали купить. Хороший был щенок, с родословной. Я светилась от счастья – так мечтала о собаке! Пошли смотреть питомца, и я, по своей всегдашней привычке, немедленно полезла его гладить. А он меня укусил за кисть руки, очень больно, до крови, располосовал ладонь. Он вообще оказался очень кусачим, продававшие его хозяева ходили по дому в валенках и толстых штанах.

Родители щенка не купили. Помню, для меня это стало неприятным откровением: оказывается, как ни люби животных, а они не всегда отвечают тебе взаимностью, о чём, собственно, любой человек должен помнить всегда.

Вспоминая себя тогдашнюю, я не знаю, какими словами до меня можно было бы донести, что чужие животные, а также дикие, могут быть опасны. Наверно, никакими. Я этого просто не воспринимала в том возрасте.

Почему же дети не воспринимают родительские предостережения? По моему мнению, любой подрастающий ребёнок – он не только папин-мамин сын. На него влияют множество факторов, множество людей, с которыми он общается. Иногда это влияние не самое подходящее, но от него никуда не денешься – ребёнок растёт в социуме. И в процессе взросления учится делать не только то, что говорят родители. Это неизбежно. Если этого нет, то… все знают, что такое взрослый человек, для которого мама – непререкаемый авторитет.

И хорошо, если ребёнок, на собственном опыте убедившийся в том, что предупреждения родителей правильны, остаётся жив и относительно здоров. К сожалению, бывает и по-другому. И часто это не вина родителей, а цепь событий.