«Не бойтесь, я к вам всего-то на денёк приеду, не задержусь, хоть и праздники длинные. И Новый год я вам отмечать не помешаю, готовьтесь, ни в чём себя не ограничивайте, планируйте на полную катушку, друзей зовите, чувствуйте себя так, как будто я вам и не звонила. А дома сидеть не захотите, так сами в гости напроситесь, и с ночёвкой можно. Я Нового года вашего вообще не коснусь и Рождества Христова не задену – между проскочу. Я же не как баба Вера в советское время – за колбасой в столицу, – я за атмосферой еду. Мне всего-то в три места попасть надо – ближе к делу расскажу, надеюсь, вы меня поддержите, компанию составите, от готовки с телевизором отдохнёте, разгрузочный день вам устрою.

Лично я за новогодние праздники ежегодно по два килограмма набираю – прилипают намертво. Помните, какая тоненькая на выпускном была, вы ещё к нам приезжали бабу Веру к себе забирать насовсем, мы с вами с тех пор и не виделись. Даже когда Никиту родила – ни килограмма лишнего, и Мишка родился – хоть бы что.

Новогодняя зажировка у меня после развода началось, в первый же Новый год без Женьки. Атмосфера такая давящая была, из-за стола вставать не хотелось. Помню, те два килограмма и крутила, и вертела, и в бане парила – без толку. Вот на день рождения наберу килограммчик – через сутки его уже нет, как будто заново родилась. А новогодние кило, боюсь, и липосакцией не откачаешь. Не знаю, может быть, это только у меня такое свойство организма, а у других всё по-другому. У других вообще всё по-другому.

Вот мама мне говорит – куда едешь, какая она тебе родня, двоюродная тётка – это хуже свекрови. А я считаю, что вы мне очень даже родня, да и с бывшей свекровью у меня отличные отношения. Мы с ней последний раз на свадьбе виделись. Нам делить нечего, я ей и сына вернула, и подарок её свадебный – комплект постельного белья с лебедями, нераспечатанный, между прочим. Она мне за этих лебедей сто раз спасибо сказала. Не буду вдаваться в интимные подробности, но очередное предложение руки и сердца она получила в присутствии лебедей. Поэтому внуками я её не шантажирую, рано ей ещё внуков иметь, у такой женщины всё ещё впереди.

У меня тоже кое-что впереди, хотя Наташка, она на три года меня старше, работаем вместе, говорит, что после вторых родов, так же как и после третьего брака, кардинальных перемен не жди – дай бог прошлое расхлебать. Я даже боюсь ей сказать, что решила к вам на денёк приехать, а детей на маму оставить. Я так рассчитала – вечером выезжаю, рано утром у вас, день мы с вами побегаем, мне всего-то в три места успеть, а в ноль пятнадцать – обратный поезд.

Вот скажите, в чём я виновата, кого я ущемляю?

Мне Вовчик, вы его не знаете, мы с ним недавно расстались, наоборот, говорил: хорошо матери – хорошо и детям, это когда я у него на ночь не хотела оставаться. Не мог он понять, что за всё отвечает женщина, тем более в детородном возрасте. Вот говорят, пусть женщины рожают, и двоечницы, и отличницы, – неважно, какие оценки, главное, чтобы родила кого-нибудь. А почему мужчин в этой связи вообще не упоминают, а потому что женщина за всё несёт личную ответственность. Поэтому мне решать – куда, зачем и во сколько ехать. Вот сейчас как возьму и куплю билеты, а потом вам перезвоню».

Вика и правда настроилась решительно, так завела себя к концу разговора, что уместней слова автора в кавычки брать, а не главной героини.

Конечно, она может остыть – купить билет, а потом сдать его, а потом снова купить и снова сдать. Моя подруга обычно так летом в Сочи ездит. Она ещё и отель выбирает со спа-процедурами. Бронь снимается одним движением руки. Очень даже терапевтические поездки получаются, если их отменять. Как говорится, и волки сыты, и овцы целы.

А в прошлом году она уже в ноябре успела на новогодние каникулы в Крым так съездить. Активный отдых выбрала – и по горам мысленно походила, и морским воздухом подышала. Ну а что дома сидеть, вернулась отдохнувшая, даже подзагорела немного. На полном серьёзе заявляла – сдала билет, в зеркало глянула, а там загар. Неделю держался, даже косметикой перестала пользоваться.

Дальние страны она не рискует посещать, то есть бронировать. Говорит – туда пока долетишь, все нервы истреплешь – то рейс задержат, то отменят, будешь в аэропорту куковать как бедный родственник.

Моей бедной родственнице бояться нечего, встречу её, провожу, в какие-то три места отведу. Что, мне жалко человека в три места отвести, главное – от намеченного плана не отступать, в один день уложиться. А вот и Вика.

«Купила билет! И обратный тоже! Сейчас вам пришлю, а то мало ли что. Вы числа ещё раз проверьте – третьего выезжаю, четвёртого у вас, а пятого обратно, потому что в ноль пятнадцать. Не думайте, я к вам не на два дня, я даже без ночёвки. Старшему, Никите, показала билеты, он говорит – круто, а Мишка ещё читать не умеет, ему всё равно, он и на поезде никогда не ездил. Никиту я возила на поезде в глазной центр на консультацию, четыре часа ехали, он в окно смотрел не отрываясь, было ему тогда три года, до сих пор вспоминает. У нас же здесь и больницы нет, только медпункт с аптекой, хорошо хоть работа есть – комбинат работает, но отдыхать всё равно негде. Автобус до города ходит – сорок минут езды, а там и кинотеатр, и карусели, спортивный дворец какой-то строят, но мы редко выбираемся, в интернете сидим в основном.

А вот эти три места – куда сходить в столице, мне искусственный интеллект подсказал. До этого мы с ним долго переписывались, я ему о своей жизни рассказывала, о своих желаниях – Наташке такое не расскажешь. Даже насчёт возраста не соврала. А возраст, сами понимаете, не каждому доверишь. От Вовчика я целых два года утаила, а зачем они ему нужны, эти мои два года, если он жениться на мне не собирается и содержать не стремится.

Так вот, искусственный интеллект сначала предложил отправиться в морской круиз, а как узнал о моём материальном положении, ограничил меня поездкой к родственникам. Я ему всех родственников описала, где живут, кем работают, а он вас выбрал как лучшую родственницу. Да я с ним полностью согласна. Вот вспомните, бабу Веру, когда она заболела, никто не хотел к себе брать, а вы взяли, хотя она вам не мать, а тётка всего лишь.

Интеллект и для меня специально выбрал лучшие три места. Долго думал, крутил там что-то в своей виртуальной башке. Я молилась, только бы в Мавзолей Ленина не отправил. Он как будто услышал – на каток послал на Красной площади, а Ленина заменил мощами Матроны Московской.

А я вот тоже думаю заменить, хотела с вами посоветоваться. Ну что я пойду на Красную площадь позориться, я и на коньках ни разу не стояла, хотя очень хочется. Мне кажется, что если я встану на коньках на лёд, то уже больше ничего в жизни не испугаюсь. Может, есть у вас там поблизости какой-нибудь каток поскромней.

И насчёт Матроны. Зачем мне идти к незнакомой женщине, когда своя покойница имеется. Давайте лучше к бабе Вере на кладбище сходим, а то мне её до сих пор жалко. Ведь только она одна говорила, что слух у меня абсолютный, что мне в певицы надо, а не на комбинат. Между прочим, искусственный интеллект подтвердил её слова, после теста на музыкальный слух. Он с учетом этого теста меня в третье место послал – в консерваторию, на концерт с певицами. Он и билеты купить хотел, но мне как-то боязно стало, лучше я вас попрошу, выберете места, где вам сидеть удобней, но не очень дорогие, а я деньги вам переведу».

Приятно общаться с человеком, который наконец-то узнал, куда и зачем ему идти. С вокзала первым делом мы на кладбище рванули, в грязи по колено, но к могиле подобрались. Вика для бабы Веры домашнее печенье привезла. Сама пекла, но по рецепту бабы Веры. От неё две тетрадки остались у них – одна с рецептами, другая с текстами песен. Баба Вера всю жизнь на комбинате работала и в хоре пела. Раньше была художественная самодеятельность при комбинате.

После кладбища домой заскочили перекусить и на каток скорей. Коньки у меня свои имелись, как раз Вике по размеру. Кое-как мы с ней до льда добрались, и на льду постояли, и почётный круг Вика совершила, используя меня в качестве буксира.

Тут вдруг я вспомнила, как в детстве тренер по фигурному катанию говорила нам, что главное – научиться правильно падать и вставать. Мы катались по кругу и по свистку тренера должны были сгруппироваться и упасть на бок. Тогда это казалось очень лёгким и даже весёлым заданием. Зачем-то Вике рассказала, отпустила её, она и плюхнулась. Хорошо хоть удачно упала. Пыталась я поднять её, а она вцепилась и меня завалила. Смеялись, конечно, я встала, а Вика так и поползла на четвереньках до скамейки.

Но уже вечером мы чинно вошли в консерваторию. На концерте исполняли известные арии из опер. Известные, но смотря кому и в какой степени. Кто-то мелодию узнаёт, кто-то пару слов вспомнит. В антракте выяснилось, что Вика знала и слова, и мелодии. И голос у неё прекрасный оказался – в консерваторском туалете аплодировали. Она прямо в кабинке запела, как некоторые в душе поют. Выходила уже под аплодисменты, ещё и на бис спела. С детства она все эти арии помнила, пела с бабой Верой как обыкновенные песни.

После концерта я предложила Вике сдать билет, переночевать, прийти в себя и уехать на следующий день. Но Вика сказала, что она пришла в себя и выходить ей оттуда не хочется.

Недавно она звонила. Тот спортивный дворец, который возводили в ближайшем от них городе, уже построили, а в нём – каток с искусственным льдом. Никиту она в хоккейную секцию записала, а Мишку пока ещё не берут, рано. Его Викина мама на плавание туда возит и сама плавает.

В этом дворце, кроме спорта, ещё и музыкальная студия оказалась. Вика в неё по выходным ездит. С гитаристом там познакомилась, репетируют вместе, говорит, что склоняет он её к романсам. В разговоре Вика ещё про каток вспомнила, как она упала и ползла до скамейки. Говорит, что, если снова упадёт и встать не сможет, знает, кто ей протянет руку помощи.

Не спросила я, кого она имела в виду – гитариста, искусственный интеллект или, может быть, бабу Веру.