– Ольга, сейчас вы много выступаете с литературными, поэтическими вечерами, которые заведомо не соберут много публики. Почему вы этим занимаетесь?
– Во-первых, потому что я это очень люблю, и моя любовь передаётся зрителям. Театральные педагоги часто говорили мне: «Видно, что на сцене ты получаешь удовольствие». Но и зрители получают удовольствие вместе с артистом, им передаются наши вибрации. Во-вторых, мне хотелось бы понять, а что отталкивает людей от жанра поэтического вечера? С одной стороны, вы правы: возможно, сейчас не лучшее время для поэзии. С другой стороны, многое зависит от чтецкой школы, от её качества. Важно, чтобы людям не было скучно. Мне повезло, моим наставником в Школе-студии МХАТ была Анна Николаевна Петрова, которая сегодня является лучшим педагогом по сценической речи.

Вот почему с прекрасным актёром Максимом Колосовым мы организуем поэтические выступления. Мы с ним понимаем друг друга с полуслова. Выбрали свои любимые произведения, и они сами собой интуитивным образом сложились в драматургию. Зрители, слушая стихи, следят за развитием отношений наших героев, в которых проявляются новые грани. Да, нужна определённая смелость, чтобы выйти с этим к публике. Мы отдаём себе отчёт, что это не кассовое зрелище, мы не заработаем больших денег. Но я вижу: людям как воздух нужно нечто возвышенное. В этом и заключается смысл искусства. Нас порой убеждают, что зрители хотят видеть лишь кухню, разруху и порнуху. Но почему? Может быть, потому что их к этому постоянно приучают? Однако с наших поэтических вечеров люди выходят со слезами благодарности на глазах.



– Слушая вас, думаю об ответственности актёра за то, что он делает. Ведь искусством можно внушить зрителю как возвышенные, так и низменные чувства.
– Константин Сергеевич Станиславский и Михаил Александрович Чехов говорили, что актёр должен служить в том числе духовным примером. Он обязан постоянно развиваться, например много читать. Но для меня в этом плане главным учителем в жизни является Ефим Борисович Штейнберг. Он много лет назад создал коллектив, который называется «Разновозрастный отряд «Надежда». Я там воспитывалась будучи подростком. Девиз этого отряда – «Нести добро и радость людям». Мы приезжали с концертами в разные учреждения – дома престарелых, воинские части, детские дома; иногда у нас было по два-три концерта в день. Посещали овощные базы и тепличные хозяйства. И везде совершенно разная публика. Но я видела, как уставшие скучающие люди, лишённые надежды, с грузом своих тягот, сидящие иногда на мешках с картошкой, – плакали, смеялись и были нам благодарны за выступление. Я видела их сияющие глаза! «Деточка моя, иди, я тебя обниму, иди, я тебя расцелую»… Для меня как для актрисы именно эти воспоминания являются стимулом. Не уйти из профессии, не сдаться, не смириться с тем, что сейчас востребовано совсем не то, что мне интересно. Да, иногда бывает непросто. Недавно встретила народного артиста Александра Яковлевича Михайлова, он спросил, много ли предложений из кино, я ответила: негусто. «Ничего, годика через два-три придёт наше время». Сейчас наступает время чего-то настоящего. Не только блёсток, мишуры, красивой обёртки, внутри которой скрыта пустота. Нам есть что сказать зрителю. Лишь бы было желание говорить с людьми честно.

– Помимо Штейнберга, кто ещё сформировал ваши взгляды и принципы?
– Это заложено родителями и педагогами, в том числе Олегом Павловичем Табаковым, у которого я начинала работать. И наставниками Школы-студии МХАТ Наталией Дмитриевной Журавлёвой и Виктором Владимировичем Мархасевым. С такими учителями неловко понижать планку.

– Ваши родители – инженеры?
– Но это не отменяет того, что они научили меня важным вещам! Папа – строитель, он возвёл в Москве несколько школ, больниц, жилых домов. Мама в перестроечное время и девяностые годы поменяла столько профессий! От вязальщицы до продавца и бухгалтера, за что только не бралась. Упорство, целеустремлённость, сила духа и характера у меня от мамы. Папа более мягкий, покладистый, трудолюбивый. Но главное, что они с мамой – порядочные, добрые люди. И я своих детей стараюсь воспитывать, ориентируясь на родителей.

– Ваши детство и юность пришлись на сложные времена, о которых вы уже упомянули, – перестройка, девяностые годы…
– Я благодарна родителям и нашему коллективу «Надежда» за то, что всего этого мрака вообще не почувствовала! Порой в семье не хватало денег, но родители старались, чтобы дети ни в чём не чувствовали себя обделёнными. Свои проблемы они редко обсуждали при мне и сестре. Вдобавок в «Надежде» у меня была яркая насыщенная жизнь. Я словно существовала в каком-то другом мире.

– Всероссийскую славу вам подарил фильм «Турецкий гамбит»…
– Безусловно, эта картина сделала меня звездой и ввела в широкий круг профессиональных артистов, подарила силы, уверенность, помогла раскрыть крылья. Поэтому роль Вареньки из «Турецкого гамбита» я часто вспоминаю, но нечасто пересматриваю, просто потому что времени нет.

– А вы похожи на свою героиню Варвару Андреевну? Внешне – нежную, женственную, хрупкую, но такую сильную внутри?
– Как учит Константин Сергеевич Станиславский, любой герой для артиста – это «я в предлагаемых обстоятельствах». Я, конечно, отличаюсь от своих героинь, но их образ создаю из себя, даже если понимаю, что тут совершенно другой персонаж. Варвара более любопытная и настырная, чем я. Я гораздо деликатнее и вообще вряд ли сунула бы свой нос в подобные дела. Варвара более смелая. Так что получилось соединение меня с ней. Я бесконечно благодарна режиссёру фильма Джанику Файзиеву за то, что он увидел это соединение, поверил в меня и помог проявить эти краски. Варвара – одна из ролей, которая помогла мне раскрыться. Как многие женщины, она не всегда осознаёт степень опасности или даже степень своей глупости, но если ей надо – она это сделает. В Варваре есть особая бесшабашность – у неё не голова вперёд, а сердце вперёд. Например, она чувствует, что надо спасать своего жениха, быть с ним рядом. Ну, надо значит надо. Этот принцип для меня открыла Варя.

– Можно ли сказать, что «Турецкий гамбит» подарил вам дочку?
– Конечно.

– Благодаря этому фильму ваша дочь Олеся появилась на свет.
– Благодаря встрече, которая состоялась на этом фильме. Я не очень расположена говорить на эту тему, потому что и у меня, и у Джаника Файзиева сейчас свои семьи, свои судьбы. Но я благодарна Джанику за дочь. Здесь нет секрета. Она родилась не на проекте, а гораздо позже, но благодаря ему. Джаник многому меня научил, вложил часть своей души, и мне не грех в этом признаться. А всё остальное – дела давно минувших дней, и дай бог Джанику большого счастья, и дочке моей большого счастья, и мне тоже. Боженька, не забудь про меня!

– Вы уже не раз снимались с Олесей. Тяжело работать рядом с дочкой?
– Нет, нам нетяжело. Впрочем, мы не так уж часто пересекаемся в кадре. И вообще, у нас дружеские отношения. Конечно, мы прежде всего мама и дочка, но в жизни по большей части подружки и даже коллеги. В работе нам ничего не мешает. Все мои советы и комментарии – крайне деликатные, ведь порой артистам непросто именно от близких получать оценки.

– Ваши сыновья, девятилетний Остап и восьмилетний Олег, ходят на ваши спектакли?
– Буквально недавно они ходили на премьеру спектакля с моим участием – про Чайковского и Надежду фон Мекк. Мне кажется, они восприняли его с восторгом. А несколько лет назад я отмечала юбилей концертом в клубе «Гнездо глухаря», и дети выступали со мной, у нас было несколько совместных номеров. Потом они сидели в зале. Им было четыре и пять лет, и мне со сцены вдруг показалось, что они слишком расшумелись. И тогда на правах главного человека в зале говорю в микрофон: «Так, галёрка, не шумим!» А оказалось, что они всё это время кричали: «Мамочка, ты самая лучшая!» А мне же не слышно, они довольно далеко. Господи, когда я узнала, что они всё это время пытались до меня докричаться и поддержать, у меня сердце перевернулось… А ещё, бывает, я готовлюсь пойти на какое-нибудь мероприятие, надену красивое платье, и они говорят: «Какая мама красивая!» Муж их не то чтобы учит, но своим примером показывает, как относиться к маме. Он ведёт себя со мной по-джентльменски. И сыновья всегда руку подадут, дверь придержат, могут и руку поцеловать. В общем, у нас так принято.

– Говорят, что мальчики учатся любить маму, глядя на папу. Вы согласны?
– Безусловно. Муж ведёт себя галантно и, например, напоминает мальчикам, что нужно принять у женщины тяжёлую сумку. Мне всегда открывают дверь машины, всегда! И не позволяют, чтобы носила тяжести. Естественно, мальчики считывают это с папиного поведения, и им тоже хочется себя проявить.

– А на съёмках они бывают с вами?
– Нечасто. В Турцию, где режиссёр Егор Баринов снимал сериал «Сёстры», а я играла одну из главных ролей, ко мне приезжали муж и старший сын. Маленький, Олег, не поехал, остался с бабушкой и дедушкой. У мужа тогда выдалась неделя отдыха, и он взял с собой старшего. Они просто находились рядом со мной, поддерживали, ну и отдыхали. А вечером мы вместе учили мой турецкий текст. Морально мне было полегче. Но такое случается нечасто. Маленькие дети требуют внимания и могут помешать до конца погрузиться в работу.

– Они уже проявляют какие-нибудь таланты?
– Прошлым летом Олежка даже снялся в эпизоде в картине с моим участием. Режиссёр увидел его и был очарован, поэтому позволил сыграть маленький эпизодик. Остапка тоже очень творческий и здорово рисует. Он сейчас влюбился в готовку еды, всё время помогает на кухне, сам делает пряники и разные пироги. Ну а пока дети не определились со своим будущим, я не хочу навешивать на них ярлыки. Тем более что времени впереди – вагон. Все дети талантливые, нужно только помочь им развить свой дар, перепробовать разные направления, чтобы они выбрали занятие себе по душе. Да и по дочке я знаю, что навыки, приобретённые в детстве, рано или поздно пригодятся.



– Что вы считаете самым важным в воспитании детей?
– Я – мама демократичная. И главный завет, который передаю своим детям, – «всегда слушай своё сердце». Можно выслушать мнения друзей, родителей, наставников, но поступай так, как сам чувствуешь. Мне кажется, Олеся не боится действовать по зову сердца, притом что порой бывает очень страшно. Не хочу сказать, что это моё достижение, но ведь её характер становился на моих глазах. И для меня драгоценно то качество, которое она приобрела.

– Где, в чём вы черпаете энергию, откуда этот ваш трогательный свет? Что для вас источник силы?
– Прежде всего дом, семья, дети. Близкие меня напитывают. А ещё свет дают природа и всё настоящее. Когда я встречаюсь с нынешним отрядом «Надежда», в котором вижу ребят – живых, настоящих, интересных, любопытных, – то ухожу от них окрылённая. Они по-прежнему много выступают – в Курской области и других регионах… А иногда настроение мне может поднять какой-нибудь незнакомый человек, который одним словом способен всё изменить. Вот вчера мы водили детей на шоу мыльных пузырей. Нас пригласил мой однокурсник актёр Никита Тарасов. Мы ехали с дачи, и, честно говоря, я вообще не собиралась посещать само мероприятие. Хотела отдать Никитке детей и поехать с мужем отдохнуть. Но мы вошли, и люди нас узнали. Прежде всего Никиту, потому что он такой яркий и высоченный. Но и я оказалась в центре внимания. А мне так неловко, я с дачи в спортивном костюме. Подходит женщина и говорит со мной о женственности, о том, как она любит мои роли. Я была так благодарна! А ведь вовсе не ждала никакой встречи со зрителями. Вот так меня согрел совсем незнакомый человек.

Поэтому я бы всем пожелала не стремиться сделать хорошо самому себе. А постараться хотя бы одного человека согреть, хотя бы одному человеку протянуть руку. Это сразу даёт много сил и вам, и ему. И всем будет хорошо!