Очень люблю наш Александро-Невский Покровский монастырь, расположенный в посёлке Колывань, это недалеко от Новосибирска. Именно в колыванской обители я однажды почувствовала, что такое настоящая благодать, услышала, как поют ангелы. Именно так красиво, необыкновенно тонко и чисто пели во время службы монахини. В моменты пения у меня даже возникало ощущение, будто я возвышалась телом, в горле стоял комок, а в груди появлялось непонятное томление. С места не могла сойти до тех пор, пока монашенки не закончили пение.

Вокруг монастыря ухоженная территория, там много цветов, высажены разноцветные кусты роз, виден огромный огород. Киски повсюду гуляют – красота, чистота, тишина и благость, разлитая в воздухе. Казалось, вот оно место, куда можно «уйти в монастырь».

Однажды после ковида я снова побывала в Колывани с приятельницей. Девушки-монахини оттирали пол от красной клейкой ленты, указывавшей на ограничение социальной дистанции для молящихся. Я посмотрела на них и вдруг захотела чем-нибудь помочь. Подошла к одной, попросила уступить мне свою работу. Монашенка не особо удивилась (молодец!), но сама не решилась передать мне дела и стала звонить настоятельнице. Та позволила. То есть даже такую мелочь, как пустяковая помощь, без матушки решать не позволяется.

Я опустилась на колени, стала отдирать эти полосы, но не так-то легко получалось. Ленточки рвались, отрывались малюсенькими лоскутами, скукоживались, были липкими до раздражения. Да ещё нож попался ужасно тупой, крайне неудобный в работе. Я начинала злиться. И, пока не помолилась, не смогла успокоиться, всё накручивала себя и даже ругала за порыв. Подруга сидела мирно на лавке, удивляясь моему раздражённому настрою, беседовала с какой-то пожилой женщиной. Я же ковыряла и отлепляла скотч, отрывала и скручивала, периодически поддёргивала юбку, предательски спускавшуюся с назначенного места, – такая неудобная одежда оказалась на мне в тот день. Меня пожалели, и вскоре монашенка заменила меня, забрав свою работу. Правда, я много успела сделать, так что мне не стыдно.

Работа в монастыре, конечно, есть разная. Посильная – точно. Но я хочу рассказать ещё об одном визите в ту обитель.

Однажды мы попали в Александро-Невский Покровский монастырь с родственницей на какой-то большой праздник. Начинался крестный ход вокруг часовни. Родственница очень хотела поучаствовать, топталась в нерешительности. Я подтолкнула её, и родственнице выдали икону, а её саму поставили в шеренгу таких же людей, державших образа в голове крестного хода. Не назову ни праздник, ни икону – к сожалению, всё это совершенно стёрлось из моей памяти. Да, я пока не слишком воцерковлена и не скрываю этого. Но в Бога верю, со мной не единожды случались чудеса. Читаю по силам Священное Писание, хожу в храм, двигаюсь в правильном направлении маленькими шагами.

Так вот, во время торжественного шествия и подготовки к нему я внимательно наблюдала за монахинями. Это очень интересно и поучительно для меня. Одна из пожилых женщин выглядела явно важнее всех прочих и вела себя, как мне показалось, несколько высокомерно. Однако она не была настоятельницей. Видимо, являлась некой влиятельной фигурой из матушкиного окружения. Прочие монахини либо её сторонились, либо молча подчинялись, отворачивались, даже подобострастничали. Последнее наблюдение – пусть и не совсем точная характеристика по отношению к невестам Бога, но так я всё увидела своим мирским взглядом.

Я смотрела только на эту женщину, мне она стала интересна как личность. Захотелось спросить, почему она тут. Но я никогда бы не посмела так сделать, а вот фантазия работала не хуже сценариста остросюжетного фильма. А вдруг монахиня всю жизнь сидела в тюрьме, а когда наконец вышла на свободу, не имея семьи и жилья, приехала сюда доживать свой век? Или, может, пятеро детей не смогли с ней ужиться, поэтому решили определить её в дом Божий, чтобы не везти в дом престарелых?

Главное, что я вынесла из поездок в Колывань, – не всё так радужно в этих местах. С тех пор слова «уйду в монастырь» я перестала произносить даже в шутку.

Есть у меня наблюдения и из Валаамской обители. Надеюсь на весеннюю поездку в Дивеево. И ещё не раз поеду в Колывань – тянет меня туда, очень скучаю по любимой обители. Также я была на острове Патмос, в местном монастыре подвизается несколько братий. Была и в Новоафонской обители. И даже в нашем микрорайоне есть свой маленький монастырь. Стараюсь бывать в подобных местах почаще, мне они интересны.

Меня привлекает там всё – запахи, неспешность действий участников молитвы, горение свечей, степенное перемещение людей. Как известно, в монастырях не принято бегать, взрослые даже детей придерживают. Проповеди священников здесь произносятся гораздо медленнее и протяжнее тех, что читаются в обычных храмах. Да и просто успокаиваешься в подобных местах. В миру мы постоянно куда-то бежим, торопимся, ссоримся, негодуем, раздражаемся по самым незначительным поводам. Поэтому даже малое время, проведённое в монастырской церкви, успокаивает.

А фильм «Послушник» и прочие мирские творения, из которых люди часто черпают стереотипы о монашеской жизни, – вовсе не показатели.