В одном большом городе жили две сестры – старшая Тамара и младшая Раиса. Разница в возрасте – всего полтора года. И похожи были очень – симпатичные стройные шатенки.

Я со школы дружила с Раей. Тома училась в той же школе классом старше, и с четырнадцати лет начались у неё любовные похождения, причём с парнями постарше. Недалеко от школы находилось ПТУ, вот оттуда к ней и являлись первые кавалеры. Один даже во время большой перемены приходил, Тома к нему выбегала, и они стояли под школьными окнами, обжимались. Девчонки завидовали, а учителя, понятно, возмущались.

Её вызывали к директору с родителями и без, но единственный результат – «обжималки» на перемене прекратились, парень к школе больше не подходил. Однако шлейф «молодой да ранней» за Томой тянулся, со временем обрастая совсем уж неприличными эпитетами.

Сестёр воспитывали мать, работавшая в заводской столовой, и бабушка. Отца не было. Как рассказывала мне Рая, родные стыдили Тому и просили одуматься, поберечь девичью честь, не позорить семью и так далее. Но та продолжала где-то мотаться вечерами, возвращалась возбуждённая и пропахшая табаком, от расспросов отмахивалась, на материнские слёзы и бабушкины поджатые губы не реагировала. Наглая она была и самоуверенная. Уже в том возрасте жила взрослыми страстями. Помню, как Рая мне по секрету говорила: «Ты видела – Томка сегодня в школу в свитере с горлом пришла? Это потому что у неё вся шея в засосах!»

В десятом классе случилось то, чего в семье особенно боялись: «Не дай бог принесёт в подоле!» Нет, не принесла, но через аборт прошла, причём на позднем сроке и потому с осложнением. В общем, врачи сказали – не Томе, а её матери, – что детей у непутёвой дочери не будет.

Договаривалась об аборте бабушка через своих давних знакомых медиков. Она всю жизнь проработала операционной сестрой. Всё это я тоже знала от Раи, которая делилась только со мной. Никаких сплетен про сестру в школе и во дворе не разносила, а мне доверяла. Томка же ко всему произошедшему отнеслась удивительно легко, на расспросы не отвечала. Так и осталось неизвестным, кто мог стать отцом её ребёнка.

Рая за сестру переживала, хотя никакой особой близости между ней и Томой не наблюдалось. Внешне они были похожи, но по характеру абсолютно разные. Рая – спокойная, скромная, я бы даже сказала, целомудренная. Девчонки в старших классах всегда живо интересуются мальчиками и вообще взрослыми делами, а подруга моя касалась этих тем только в нечастых разговорах о сестре. Правда, позже, уже после школы, призналась мне, что была влюблена в одноклассника и втихаря страдала от того, что он не обращал на неё внимания. Даже меня в эту историю не посвящала.

Прошло несколько лет. Обе сестрёнки расцвели необычайно. Честно скажу, завидовала их формам, цвету кожи, шикарным волосам… Тома свою красоту выставляла напоказ: предпочитала одежду в обтяжку, с глубоким декольте, активно пользовалась косметикой и всеми ухищрениями «индустрии красоты». Но без перегибов. Рая тоже не была серой мышкой, однако без Томиной показухи, одевалась стильно, но не ярко.

Старшая, окончившая школу с натянутыми тройками, дальше учиться не пошла, работала администратором в крутом автосалоне. А отличница Рая поступила в медицинский институт – мечтала стать педиатром. Детей очень любила.

Тамара жила прекрасно – в своей квартире, явно заработанной «передком». Грех так говорить, не держала свечку, однако других вариантов просто нет. Был у неё пару лет один сверхобеспеченный любовник, наверное, он расщедрился. А после него Тома стала менять мужиков как перчатки, причём все из местных «сливок общества» или ближних сфер. Любовники обеспечивали ей безбедное житьё.

Обо всём этом я уже черпала сведения из своих источников – не от Раи. На мой вопрос, как поживает сестра, подруга обычно отвечала коротко: «На мой взгляд, ужасно, а она живёт и радуется».

Тома действительно не скучала, и не только благодаря любовным похождениям. Пару раз к ней являлись со скандалом обманутые жёны, а одна даже караулила с кислотой в пузырьке – хотела плеснуть в лицо. К счастью, обошлось. А времена стояли такие, что и убить могли.

Рая в эти годы грызла гранит науки. И опять томилась безответной любовью – на сей раз к женатому доценту. Говорю ей:

– Ну ты как-то активизируйся, дай мужику знать, что сохнешь по нему.

– Ты что! У него двое детей, мне совесть не позволит.

Вот такая она была. Надеюсь, и сейчас моя подружка в здравии, но лет пятнадцать назад, когда нам обеим стукнуло по полтиннику, мы рассорились из-за пустяка и порвали отношения. Потом она переехала в одну из соседних стран, и я окончательно потеряла её из виду.

Рая вообще после сорока стала очень нервной и дёрганой. Замуж так и не вышла, детей, которых очень хотела, не родила. Красивая, умная, порядочная – и ни одного романа за всю жизнь! Думаю, она так и осталась девственницей. Тут действительно с любых катушек слетишь… Особенно когда неподалёку живёт и радуется сестрица, прыгавшая из койки в койку, вертевшая мужиками, ни по одному из них не страдавшая, – и которая в сорок с хвостиком не только удачно вышла замуж, но и через год родила ребёнка! Вопреки всем врачебным прогнозам.

Мне не забыть тот день и час, когда Рая прибежала ко мне с таким отчаянием в глазах! Никогда её такой не видела.

– Ну это же несправедливо, несправедливо! Почему моя жизнь прошла впустую? Почему меня никто не любил и не любит?.. Да бог с ней, с любовью, – почему ни один мужик меня даже не захотел? Банальной похотью не воспылал? Что со мной не так?.. Томка вернулась вчера из роддома. Для дочки уже готова детская комната – вся розовая, игрушками забитая. Муж с ума сходит от радости. И она, сестрица моя, сидит такая томная… Томная Томка – ха-ха!.. И я первый раз ей позавидовала. Веришь? Первый раз! И так мне больно стало, невыносимо больно. Не смогу я на это смотреть. Боюсь, начну сестре желать плохого. Хотя – в чём она виновата? Это у меня судьба такая…

Я кинулась утешать:

– Тебе всего сорок лет, выглядишь много моложе. Всё ещё придёт. Встретится тебе твой мужчина – влюбится и женится. Бог даст, и дети будут.
А она, так горестно:

– Нет. Точка, ничего у меня не будет.

И как в воду глядела.

Годы прошли. Я вот сейчас думаю: а ведь действительно несправедливо. Не верю я в гороскопы, но, может, Рая не под тем созвездием родилась, не в тот час и минуту? А Тамаре с этим повезло. Хотя – как ей завидовать? Любви-то всё равно в Томиной жизни не было. Мне так кажется. А у Раи была, хоть и безответная. Я это видела. И кто знает, может, в той стране, куда моя подруга уехала, она встретила-таки своё женское счастье? Ведь и в пятьдесят лет жизнь иногда только начинается.