В этом году я решил сделать паузу в отношениях с интернет-магазинами. Конечно, их пока ничто не заменит: мы слишком привыкли покупать там абсолютно всё, от рассады до мебели. Но цены за доставку растут, а выбор товара хоть и по-прежнему огромен, но всё чаще становится лотереей.

Допустим, на сайте приглянувшиеся джинсы выглядят прекрасно, а в реальности сидят на тебе как тулуп на балерине – и размер, и фасон совсем не те.

Заказываешь по привычке сразу несколько размеров, зная склонность многих азиатских производителей то к «маломеркам», то к «большемеркам». Наконец приезжает курьер, вручает увесистые пакеты, вздыхает, но терпеливо ждёт, пока ты всё перемеришь. И ты тоже торопишься, нервничаешь: подойдёт, не подойдёт? А ещё подсознательно чувствуешь дискомфорт, поскольку своей придирчивостью задерживаешь человека.

Иногда курьер привозит совсем другие джинсы, или тебе ничего не подходит. Он снова вздыхает, но безропотно принимает отказ со скорбным видом: зря мотался с тюками ненужной одежды. А если одежда прибывает в «Озон» или «Вайлдберриз», там тоже часто случается шоу недовольных сотрудниц, ведь всю доставку надо обязательно кропотливо перепроверять. Война всех против всех, невидимая рука рынка.

Вот о нашем стареньком вещевом рынке я почему-то недавно и вспомнил – давно там не был.

Ох, не забуду дядюшку Гаджи! Так звали весёлого азербайджанца в летах, который торговал одеждой в одном из рядов и делал это мастерски. Дядюшка Гаджи обволакивал женщин спелыми южными комплиментами, чуть не плясал вокруг них, нахваливая талию и стать, и дамы таяли, как шербет под каспийским солнцем. Покупательниц не смущало, что в одной руке знойный продавец держал товар, а в другой – сочащийся жиром беляш, уж очень любил дядюшка Гаджи подкрепиться в рабочий полдень чем бог послал. Он быстренько заводил женщин в закуток ларька и, пока жертва не очухалась, провожал её в свои закрома, ставил на картонку за грудой тюков, причмокивая: «Пока такая красавица примеряет, я её постерегу, а то сразу украдут!»

К мужчинам дядюшка Гаджи тоже имел подход. «Э, дорогой, зачем тебе вся эта мода-шмода? Ты сильно на внешность не смотри, как говорил мой дед – по дереву познаются корни. Смотри сам: разве нитки торчат? Ты их видишь? Нет. Сшито надёжно, крепко. А ткань какая – целый век проносишь! Бери-бери, что тут думать, где ещё такую куртку найдёшь?» Хмурые мужики вертели товар в руках, постепенно их лица светлели, а руки лезли в карман за наличностью.

Дядюшки Гаджи нет на рынке уже лет двадцать, и иногда мне его очень не хватает. Хотя в ту эпоху многие знакомые морщили носы: «Вонь, какие-то грязные картонки, неопрятные продавцы с беляшами… Фу! Лучше съезжу в новый торговый центр, там всё культурно: чисто, светло, плитка, примерочные с зеркалами, приятные девочки-консультанты, улыбки. Дисконтные карты, подарочные пакеты, фирменные коробки. Цивилизация, а не это средневековье!»

Но с годами выяснилось, что не всё так однозначно.

На рынке нахожу ларёк знакомой продавщицы обуви. Года четыре назад покупал у Ларисы прочные лёгкие дешёвые кроссовки с расчётом съездить в отпуск в горы и «убить» их там, а большего они и не стоили. Но кроссовки, к моему удивлению, пережили аж три сезона, хотя обошлись в сущие копейки – около полутора тысяч.

Прихожу, спрашиваю о наличии похожих кроссовок – у Ларисы всегда впечатляющий ассортимент. И получаю совершенно неожиданный ответ.

– Сейчас такие возим только по предзаказу, – виновато улыбается продавщица и добавляет фразу из фильма «Брат-2». – Слишком быстро разбирают.

– Да кто разбирает-то? – не понял я.

– И стар и млад, – поясняет знакомая. – Люди сейчас экономят на всём, особенно на одежде и обуви. Цены на люксовые марки в магазинах кусаются как бешеные, зайдите в торговый центр – ужас что творится! Хорошие кроссовки меньше чем за 10–12 тысяч не купить, а у меня за 4–5 тысяч возьмёте отличный «китай» или «турцию». Или вон у соседа летние штаны-бриджи стоят две с половиной, а в магазине такие же по качеству – минимум восемь тысяч. Сразу почувствуете разницу.

– Да понятно, но это же всё-таки «китай»…

– Милый мой, вы отстали от жизни! – смеётся Лариса. – Китайцы, да и турки сейчас научились делать очень добротные вещи, ничем не уступающие известным маркам. Есть «китай» обычный, экономичный, но держащий приемлемое качество, есть фирменный, это уже на уровне Европы, а есть люксовый, самый качественный и дорогой. Люди давно оценили, берут и то, и другое, и третье. Так что народ снова полюбил наш рынок. Даже молодёжь приходит, ищет что-то для себя там, где раньше только бабушки с дедушками копались.

В общем, заказал я Ларисе «кроссы». Она обещала привезти на следующей неделе.

Кстати, Лариса права: я и сам заметил, что магазинов одежды и обуви в торговых центрах стало меньше: их вытесняют ресторанные дворики, досугово-развлекательные площадки и неистребимые пункты выдачи заказов. Подъём цен, дороговизна аренды и отсутствие покупателей делают своё чёрное дело. Первым тревожным звоночком стала пандемия, следующим – массовый уход крупных западных марок с российского рынка.

Теперь владельцы некоторых магазинов даже обращаются к подписчикам в соцсетях с просьбой поддержать их в моменты сильного спада продаж, обещая серьёзные скидки. Эта практика получила смешное название «слёзный маркетинг». Однако я вряд ли пойду покупать куртку «Коламбия» или «Хелли Хансен» в торговом центре, когда аналогичный товар такого же качества и дешевле продают в интернет-магазине, а теперь его можно найти и на вещевом рынке.

– А что ты удивляешься? – говорит 22-летняя племянница. – Сейчас поход на рынок для молодого поколения – это очень модно. Во-первых, все устали от однотипного стиля одежды. Все носят одно и то же, и наконец-то народу это надоело. Знаешь, кто такие «нормис»?

– Кто?

– Молодые парни и девушки, которые предпочитают одеваться, как принято у большинства, не высовываясь дальше вкусов толпы. Эдакая тёмно-серая масса. Ну и производители одежды стали под них подстраиваться, завалили все прилавки однотипным шмотьём. А потом многие люди поняли, что больше не могут выделиться, закупаясь шмотками в обычных местах. Моя подружка, например, теперь отыскивает «фишечки» в секонд-хенде и порой находит отличные вещи. А «нормисом» быть больше не модно.

– Вот уж не думал, что доживу до времени, когда не мы, а подростки будут тосковать по «черкизону», – качаю головой.

– Черкизон? – переспрашивает племянница. – Это какой-то новый модный бренд? Чё-то не знаю такого.

– Это такой модный рынок, давно вымерший. Когда-то там вся Москва отоваривалась. А может, даже вся Россия.

Племянница, кстати, говорит, что ей наплевать на ларьки с картонками – главное, купить вещь приемлемого качества и не переплатить. Купила недавно клёвую блузку за сумасшедшие копейки, чем очень гордится. Экономить – это теперь тоже у них такая фишечка.

Да и продуктовые рынки воспрянули. Посмотрел тут на досуге видеоролики с обзорами столичных рынков, там молодые люди сравнивают цены на продукты и фермерскую еду, советуют, где купить самые вкусные и дешёвые овощи и фрукты. Дешевизна, кстати, не единственная мотивация. Поход на рынок для торчащих в смартфоне юнцов стал приключением, словно увлекательное путешествие в новое атмосферное место, где можно и намотать пресловутые 10 тысяч шагов, и купить нечто стоящее, да ещё со скидкой, если поторговаться с умом.

Засилье перекупщиков на московских продуктовых рынках, увы, никуда не исчезло, еда в большинстве мест пока стоит значительно дороже магазинной. Но всё же есть рынки, где можно купить овощи-фрукты дешевле аналогов из супермаркета. Огурцы в магазине с доставкой обойдутся около 280 рублей за килограмм, а на некоторых рынках их можно найти всего за 150. Баклажаны магазинные – 260 рублей за кило, рыночные – около 150. Клубника: с доставкой до 1150 рублей (в ягодных ларьках – порядка 900), рыночную кое-где можно отыскать от 200 до 500 рублей. Если закупаться на дешёвом рынке на неделю, экономия может достигать 5 тысяч рублей. Вот почему уже почти половина россиян регулярно покупают продукты именно на рынках.

И вот что меня зацепило: почему-то именно молодёжь быстро поняла главное конкурентное преимущество вещевых и продуктовых рынков, и оно заключается не только в экономии. Как бы архаично ни звучало, но на рынках душевно: выбираешь товар без спешки, сравниваешь, примеряешь, общаешься с людьми. Да и продавцы, в отличие от безучастных девочек в ПВЗ и выгоревших курьеров, лично заинтересованы в реализации товара, поэтому сами предлагают и скидки, и кучу вариантов, если что-нибудь не подошло.

– У меня повсюду связи, в магазинах и на базе, – шутит Лариса. – Если что-то не найдётся, но человеку очень нужно, я сбегаю в другую торговую точку, договорюсь с продавцами, принесу подходящую модель. Дам телефончик, спишусь с покупателем в соцсети, у меня уже десятки постоянных клиентов. Всегда помогу примерить, поддержу, похвалю. И чувствую, что людям сейчас именно такого участия не хватает.

Как ни странно, современному покупателю нужны не только покупки, но и эмоции, общение. Вот почему я всё чаще вспоминаю старенький ларёк, где когда-то с лучезарной улыбкой украшал собой мир неунывающий дядюшка Гаджи.