Случилось это, когда наша дочь Оксана, будучи студенткой первого курса университета, стала вдруг жаловаться на свою судьбинушку, сравнивая себя с подругами, которые летом ездили отдыхать за границу. В очередной раз слушая её стенания по поводу того, что подруга Люська отдыхала в Турции, я заявила:

– Подумаешь, Турция. Ты вообще-то там тоже бывала, и не где-нибудь, а в Аланье, в пятизвёздочном отеле.

– Я-а-а? – удивилась Оксана. – И когда это было? И почему я не помню? – начала она допрос с пристрастием.

– Ну-у, было это давненько, почти девятнадцать лет назад, мы втроём ездили: я, ты и твой отец.

– Девятнадцать лет назад? – задумчиво произнесла Оксана. – Меня же тогда ещё на свете не было.

– Вообще-то я была беременна тобой. Но фактически ты же побывала в Турции и должна, кстати, помнить вкус восточных сладостей, которых там было в изобилии, я поглощала их в огромных количествах. Ах, какой был рахат-лукум.

– Ну знаешь, мама! – разочарованно произнесла Оксана. – Я даже не понимаю, как на это реагировать.

На этом наш не очень приятный разговор был прерван неотложными делами.

Через пару недель мы с мужем и Оксаной ходили по гипермаркету и покупали продукты на неделю. В рыбном отделе в большом морозильнике Оксана вдруг увидела огромные фаланги камчатского краба.

– Ух ты! – очарованно произнесла она. – Давайте купим пару лапок.

– Ты цену видела? – спросил муж, рассматривая содержимое морозильника.

– Видела, но я ни разу не пробовала настоящее крабовое мясо, – сделала Оксана жалобное лицо.

– Вообще-то пробовала, – сказала я, ухмыляясь.

– Когда? Что-то не припомню, – воскликнула Оксана, отчаянно выискивая в памяти соответствующий эпизод.

– Когда тебе было полгода от зачатия, мне очень захотелось крабового мяса. Как сейчас помню, дело было поздно вечером, я озадачила твоего отца своим нестерпимым желанием, и он, поймав такси, помчался в магазин морепродуктов в центре города. Там он купил – кстати, на деньги, отложенные на ремонт машины, – пару крабовых фаланг, таких же, как в этом морозильнике.

– Ну знаешь, мама! – воскликнула Оксана. – Может быть, вы мне сразу расскажете, что ещё интересного я пробовала у тебя в животике?

– Так сразу и не вспомнишь, – ответила я, загадочно улыбаясь.

Проходя мимо витрины с красной рыбой и икрой, мы заметили пирамидку небольших баночек с осетром на этикетке. Это была чёрная икра, пугающая редких покупателей заоблачными цифрами на ценнике. Оксана, окинув её взглядом, язвительно произнесла:

– Про чёрную икру я даже спрашивать не буду. Предполагаю, что я её также пробовала девятнадцать лет назад.

Мы рассмеялись.

– Да, и кстати, – добавила я, – в то время она стоила гораздо дешевле, но уверяю тебя, её вкус слишком переоценён. Мне она вообще не понравилась, лучше бы я тот бутерброд с маслом намазала красной икрой.

Больше в тот день ничего примечательного не случилось, мы купили продукты, вернулись домой и зажили обычной жизнью.

Через пару дней после вышеописанных событий мы прогуливались с Оксаной по парку, и вдруг я увидела давнюю знакомую, с которой мы когда-то лежали в роддоме и дружески общались. Она тоже обрадовалась, мы обнялись и, тепло разговаривая, присели на скамейку. Поделившись новостями, Галина спросила, указывая на Оксану:

– Неужели это твоя дочь? Уже такая взрослая?

– Да, – с гордостью ответила я. – Оксаночкой зовут. А как там твой сынок?

– Да вот он идёт. Мы с ним договорились здесь встретиться.

К нам подошёл похожий на Галину высокий юноша.

– Здравствуйте, – приветливо поздоровался он.

– Саша, – обратилась к нему мать, – познакомься, это тётя Лена и её дочь Оксана. Мы с тётей Леной вместе лежали в роддоме.

И тут Оксана воскликнула:

– Так мы с Сашей знакомы!

Увидев удивлённые лица, дочь пояснила:

– По логике моей мамы, будучи у неё в животике, я ощущала то, что ощущает обычный, уже рождённый человек. Получается, мы с Сашей лежали в одной палате, на соседних койках. Я недавно узнала, что когда-то побывала в Турции, находясь в животе у мамы, и вовсю лопала там рахат-лукум!

Оксана с юмором рассказала о наших разговорах на эту тему, чем изрядно всех повеселила.