Недавно утром ехала в «Иволге» – так называются быстрые и удобные современные поезда, которыми пополняется парк подмосковных электричек. Такое чувство, словно попала в будущее, в салон какого-то звездолёта. Хорошо, если «Иволгами» заменят все старые электрички.

На очередной станции в вагон зашла бабулечка – худенькая и очень старенькая, в платочке. У меня аж сердце дрогнуло: точно такой же платок носила моя покойная бабушка Галина Кирилловна.
Бабуля разместилась рядом со мной и совершенно по-детски начала радоваться:

– Ой, какая электричка-то, доченька! Слава богу, красота-то какая! И мотора не слышно, и сиденья красивые. Дай, Боже, здоровья тем, кто её сделал. Дай бог здоровья всем вам!

Какая хорошая бабулечка! Мы немного поговорили с ней. Бабушке 89, она выбралась к дочери в Москву.

Я смотрела на бабулю и думала: Господи, а ведь это неспроста. Как же я привыкла к комфорту в своей жизни! Красивая электричка везёт меня по делам, дома куча бытовой техники, в округе полно магазинов на любой вкус. А я принимаю всё как должное и уже не замечаю этого изобилия и прекрасных условий, хотя за ними тоже стоят люди. Ведь кто-то спроектировал эту чудо-электричку, кто-то придумывал дизайн, строил… Машинист, чтобы нас отвезти, встал на работу с утра пораньше.

Как часто я забываю поблагодарить Бога просто за то, что у меня есть, – за эти, казалось бы, привычные мелочи. Как часто забываю сказать спасибо тем, кто создаёт вокруг меня эту прекрасную удобную жизнь.

Спасибо тебе, милая бабулечка, за то что немного морально меня взбодрила. Но этот милый штрих из повседневной жизни невольно заставил вспомнить ещё об одной бабушке.

Где-то там, рядом с центром Златоглавой, среди суеты и шума притаился уютный мирок. Мой личный мирок, по-детски беззащитный, до сих пор вызывающий трепет в груди. Четыре панельные пятиэтажки, окружённые современными домами-гигантами и шоссе с сумасшедшим движением, спрятались под многочисленными деревьями. Иногда даже кажется, будто здесь, под клёнами и каштанами, само время остановилось, подумало, развернулось и утекло обратно в прошлое.

В маленькой хрущёвке на четвёртом этаже проходили моя юность и часть молодости. Здесь собирались родные и близкие, приезжали из разных уголков страны именитые игумены и простые послушники, жили те, кто испытывал нужду в крыше над головой. Самые тёплые воспоминания связаны с этой квартиркой и её хозяйкой, моей бабулей Любой.

Представьте обычную двухкомнатную «распашонку», много ли в ней места? Однако место находилось всем и всегда. Например, я решила приехать к бабе Любе на очередные каникулы. «Приезжай, маленькая, – улыбается бабуля Люба, – будем очень рады!» Хочет заглянуть на недельку выводок семинаристов во главе со священником-учителем, всего десять человек? Да-да, ждём. И сообщите, когда прибывает поезд, непременно встретим! Пяток монахинь должны заехать на месяц, а прибывают сёстры в три часа ночи? Слава тебе, Боже, очень и очень рады!

Кто-то скажет: господи, какой дурдом! Как так вообще можно жить? А кто-то улыбнётся и поймёт, ибо сам не чает жизни без постоянных гостей. В этой квартирке всегда находились тарелка супа, доброе слово, тёплая улыбка, место на диване. Здесь было всё. Ах да, ещё забыла посчитать постоянных жильцов: моего дядю, тогда ещё молоденького, двух кошек, немецкую овчарку и саму бабулю Любу.

До сих пор помню, как на новогодние каникулы к бабуле Любе приехало несколько монахинь, я и мой несостоявшийся жених-семинарист. К основным жильцам ещё добавилась бездомная старушка с внучкой – с ними бабуля познакомилась в храме. Маленькая кухня напоминала… даже не знаю, какое слово подобрать. Всюду мешки с провизией, ибо монахини пекли пироги для продажи на православной выставке. Под столом стояла огромная кастрюля с самодельной горчицей, везде какие-то баночки, скляночки, прибамбасы… На кухне вечно что-то пекли, варили, парили, дым стоял коромыслом. Монахини, работая, пели молитвы. Мы, молодёжь, горланили мирские песни. Жених бубнил и учил меня разделывать селёдку. Живность крутилась под ногами. Обедать садились в три захода, бесконечно шутили и смеялись, спорили и обсуждали серьёзные темы.

На этой кухоньке у меня случались настоящие духовные потрясения, у монастырских обитателей от наших мирских ляпов происходил культурный шок, а у жениха-семинариста тихо дёргался глаз. Именно после посиделок на кухне и нашего с ним разговора до четырёх утра я впервые в жизни поехала на «генеральную» исповедь. Это были весёлые, сумасшедшие и энергичные времена.

И всякий раз, когда я уезжала, бабуля Люба махала мне рукой в окно. Каштан напротив дома приветливо шуршал листьями, и создавалось впечатление, будто он тоже машет веткой-лапкой. Даже в последний раз, будучи уже совсем немощной, бабуля Люба помахала мне из окна.

Не так давно я ездила в её квартирку забрать кое-какие вещи на память. Забрала, ушла, обернулась на окно и горько выдохнула. Пустое, онемевшее, какое-то иное. И старый каштан скорбно молчал, больше не шуршал листьями.

Наверное, вот так резко и приходит осознание: всё, я теперь совсем взрослая. Когда из окна больше некому махать тебе рукой, а в пакете лежат фотоальбомы из мира юности и беззаботного счастья. Тем не менее, даже тогда случаются чудеса и Сам Господь нас удивляет совершенно непостижимым образом. Сегодня я снова в этом убедилась.

Когда приехала в квартиру бабули Любы за вещами, хозяева сказали: выбирай что хочешь. Конечно, я захотела взять хоть одну иконочку. Подхожу к иконостасу и натыкаюсь взглядом на лик Богородицы невероятной красоты. Рефлекторно хватаю её и понимаю, что не узнаю образ. Оказалось, это икона Божией Матери «Прибавление ума». Я ещё посмеялась, мол, чего-чего, а ума мне жизненно необходимо. Будто знала, какую икону забрать. Этой иконе часто молятся родители о вразумлении детей, а также перед экзаменами, образ помогает в учёбе. Кроме иконы и фотоальбомов, я забрала армейский альбом любимого дяди.

Возвращаюсь домой, сажусь в электричку, достаю из рюкзака икону и, сама не понимая зачем, переворачиваю её обратной стороной. А там… Дарственная надпись от любимого дяди. Сделана в день памяти святителя Димитрия Ростовского, дядиного небесного покровителя, 10 ноября 2011 года. Через 12 лет, 12 ноября 2023 года, дяди не стало. Когда я читала надпись, у меня возникло стойкое ощущение, что дядя Дима делал её для меня. И что он, несмотря на переход в жизнь вечную, продолжает обо мне оттуда заботиться.

Смутил лишь один момент: обычно «небесные приветы» от дяди я получаю в дни его рождения и в дни памяти. А дата «обретения» мной образа выбивалась из ряда. Полезла на православный сайт посмотреть, чей сегодня день памяти. И тут меня поджидало ещё одно открытие.

Оказалось, был день памяти уфимских святых. А Димка – наполовину башкир. Вот такой подарок от Господа я получила.