Убийца не похож на убийцу

Десять лет назад в московском районе Люблино ровно та же ситуация закончилась настоящей, а не мультяшной трагедией. Жилец многоквартирного дома выстрелил с общего балкона в 25-летнюю девушку-промоутера из магазин шуб, расположенного на первом этаже. Девушка погибла на месте.

Преступника задержали тут же, никакого сопротивления он не оказал. Скрыться не пытался. Ничего преступного в преступнике не было. 58-летний охранник с высшим образованием, приветливый, вежливый – так о нём говорили соседи и осуждать не торопились. Причины поступка всем были понятны.

Дело в том, что злополучный дом, кстати, элитный, с охраной и консьержем, стоял у метро. А где метро – там и промоутеры с мегафонами, зазывающие в местные магазины. Эти самые мегафоны и призывные вопли о достоинствах турецких шуб много лет сводили с ума жителей элитной многоэтажки. «Сотни писем в управу, в полицию, – говорили соседи убийцы. – Постоянно писали, жаловались. В магазины эти у метро ходили – там хозяева чуть ли не матом посылают, им до нас никакого дела нет. Вот сколько стоит дом – девять лет, – столько мы и страдаем от этих вещателей. И ни полиция, никто другой ничего не сделали».

Убитая девушка Анна работала как раз промоутером, то есть ходила перед домом и выкрикивала в «матюгальник» рекламу шуб.

Как только произошла трагедия, этот самый магазин мехов тут же исчез, будто и не было. Остальные владельцы точек мгновенно убрали промоутеров с улицы. «Обратите внимание, теперь на улице тишина, – с горечью говорят жильцы, – до убийства такого здесь и представить было нельзя». Получается, нужно было совершить преступление, чтобы наконец получить возможность отдохнуть в тишине.

Оглушительная тишина

Большой город шумит всегда. И днём, и ночью. Шумят машины на улицах, гремят поезда, воют сирены, звенят трамваи, громыхают соседние стройки. Горожанин, который здесь родился и вырос, к шуму отчасти привык. Привык так, что, попав в деревню, чаще всего передаёт свои ощущения оксюмороном «оглушительная тишина». Если новичка в городе пугает уличный шум, то горожанина в деревне раздражает именно тишина.

Медики объясняют этот феномен так: при постоянном и равномерном шумовом фоне часть слухового диапазона просто теряется, человек становится менее восприимчив к шуму. Я сама, например, провела детство в доме напротив крупной железнодорожной станции. Лязг сцепок, голоса диспетчеров по ночам меня всегда успокаивают.

Этот фоновый шум учёные называют эквивалентным уровнем звука (Lэкв). По сути таков основной гигиенический норматив для постоянного монотонного шума – например, от вентиляции, трансформатора.

Но существует ещё и так называемый максимальный уровень звука (Lмакс), то есть пиковый, но кратковременный шум. Это, например, проезд мимо дома тяжёлого грузовика или хлопанье двери. Раздражает и вызывает нервное напряжение именно он – пиковый шум, вторгающийся в привычные фоновые шумы.

Его тоже пытаются нормировать, но сделать это труднее. Просто потому что каждый реагирует на резкие звуки по-своему. И некоторые – очень остро. Медики, например, считают, что постоянное раздражающее шумовое воздействие снижает срок жизни в среднем на 12 лет. Хуже того, пиковый шум может однажды привести к серьёзному заболеванию нервной системы – гиперакузии. Люди с таким диагнозом панически боятся любого шума вообще, увешивают квартиру коврами и стараются поменьше выходить на улицу. Звон разбитой чашки приводит их в состояние тяжёлой паники и может надолго уложить в постель.

Так что жильцы того злополучного дома у метро, где постоянно вещали промоутеры, подвергали своё здоровье реальной опасности.

Какой тяжёлый рок

Увы, в городе пиковых шумов, возвышающихся над фоновыми, очень много. Прежде всего это работающие по ночам стройки и вообще любые ремонтные работы в ночное время. Ещё пару лет назад, когда в Москве развернулась истерия тотального благоустройства, асфальтоукладчики и перфораторы могли работать всю ночь прямо под окнами. Потом городские ночные работы запретили, но остались круглосуточные стройки. Особенно тяжело тем, кто живёт вблизи высотного строительства, где работают краны и оглушительно скрипящие лебёдки. Но самое страшное – это, конечно, забойщики свай.

Впрочем, жильцы и сами способны на многое по части шумового ада. Кто не сталкивался с соседями, которые фанатеют от тяжёлого рока. Если слушать его по ночам, эффект будет потрясающим. На уши встанет весь дом. А уж если у вас в соседях числится юный бас-гитарист или барабанщик, пиши пропало.

Проблема громкой музыки особенно обострилась с конца 80-х годов, когда стали массово входить в употребление электронные усилители звука – они увеличивают прежде всего низкие частоты. От «ламповой» музыки старых приёмников можно было избавиться, просто закрыв форточку. Но от низких частот сабвуфера не спасёт никакая звукоизоляция.

Этот тот самый инфразвук, который учёные называют «голосом моря». Именно он, как считают некоторые специалисты, приводит к появлению «летучих голландцев» – то есть кораблей, внезапно брошенных командой. Где-то вдалеке зарождается шторм, ураганный ветер сталкивается с волнами и порождает инфразвук, то есть звуковую волну ниже 20 герц. Наше ухо этот звук не слышит, но организм на него реагирует и часто очень бурно. Инфразвук может привести к помрачению сознания и галлюцинациям, причём сделать это так, что человек вообще не осознаёт происходящее с ним. Считается, что именно это заставляет команды кораблей ни с того ни с сего впадать в панику и покидать судно.

Но в море инфразвук появляется только при определённых условиях – далёкий шторм, надвигающийся ураган. А вот в городе инфразвук может возникнуть в любой момент. Его порождают не только мощные колонки, но и проезжающие мимо тяжёлые грузовики, поезд метро, проносящийся под вашим домом, и даже обычный лифт. И вот это уже по-настоящему опасно.

В нашем доме поселился

В 2021 году был введён в действие так называемый СанПиН 1.2.3685-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и безвредности для человека факторов среды обитания». Именно этот документ сейчас является главным при установлении ПДУ – предельно допустимого уровня шума.

Все нормы давно просчитаны. Известно, что для полноценного отдыха человеку требуется уровень шума не больше 30 децибел. Такой звук издаёт лес тихим летним днём, когда слегка шумят листья, дует лёгкий ветер, накрапывает дождь. Так же звучит шёпот и тикают часы.

Шум в 60–80 децибел уже вызывает у человека утомление и нервное напряжение. Примерно так работает стиральная машина, плачет ребёнок, звучит пианино, кричит человек, работает мотоцикл или перфоратор в соседней квартире.

Критическим считается уровень шума в 100 децибел и выше. Это раскаты грома, работа бензопилы, громкий оркестр. Такой уровень звука уже способен нанести реальный вред слуху и нервной системе при длительном воздействии.

А вот грохот подрыва светошумовой гранаты составляет 170 децибел. Этого хватает для того, чтобы полностью лишить человека слуха на несколько часов.

СанПиН 2021 года разрешает днём, с 7.00 до 23.00, шуметь не громче 55 децибел. Именно такой шум издают постоянно работающие бытовые приборы – холодильник и кондиционер. Ночью, с 23.00 до 7.00, нельзя издавать шум больше 45 децибел. Таков звук спокойной беседы.

Но всё это лишь благие пожелания. Так правильно, говорит СанПиН, а уж как на самом деле получается – это ваши проблемы.

И вот тут встаёт вопрос шумных соседей. Бороться с ними при всех СанПиНах очень трудно. Интернет полон душераздирающих историй о том, как люди годами воюют с чужим ремонтом, криками, музыкой и прочими безобразиями. Поводом для тревоги становится, конечно, не случайный шум – разбитая тарелка, падение тяжёлого предмета, – но систематическое нарушение. Если вам повезло иметь соседей алкоголиков, которые пьют, скандалят, дерутся и орут по ночам, – вызывайте полицию. Приедет наряд, зафиксирует нарушение и выпишет штраф. Штрафы, правда, за шум полагаются копеечные – всего до 1000 рублей.

Можно обратиться и к участковому. Но тут всё зависит от самого сотрудника полиции и его методов работы с гражданами. Из юридического инструментария у него в руках всё тот же штраф.

Запретить топот котов

Но разве нельзя как-то построже? Беда в том, что федерального закона о тишине, за нарушение которого следует неминуемая ответственность, в природе не существует. Все регионы сами регулируют этот вопрос. Но в любом случае шумным соседям грозит всего лишь административное и весьма лёгкое наказание.

Нет и федеральных законов о тишине на улицах городов. С городским шумом, конечно, пытались бороться ещё при царе. Запрещались громкие крики, песни по ночам, на мостовые стелили солому, чтобы не тревожить граждан громким стуком лошадиных копыт. В советское время традиция продолжалась. Ещё в 1920 году была законодательно запрещена езда на машинах без глушителя. В 1956-м машинам запретили сигналить в ночное время.

Но попытки властей хоть как-то утихомирить вечно бодрствующие города большого успеха не имели. В 2001 году в Москве, например, Городская дума запретила свистеть и петь по ночам. Москвичи над новым законом только посмеялись, сразу же зачислив его в число самых нелепых актов мира. Проблема как была, так и остаётся нерешённой.

В Москве средний шумовой фон близ жилых домов составляет от 60 до 80 децибел. Причём год от года он растёт. Например, в прошлом году жалоб на шум москвичи подали на 23 процента больше, чем в позапрошлом. На круг вышло, что по сравнению с 2011 годом мы страдаем от шума аж в тридцать раз больше.

Конечно, законодатели отлично видят проблему и много лет пытаются её решить. Трудность заключается в том, что почти невозможно выработать единое и универсальное определение шума. Вот, например, детский плач – это шум или нет?

В IX веке великая писательница средневековой Японии Сэй Сёнагон записала в своих «Записках у изголовья» бессмертную фразу: «Как прекрасно всё живое, что подаёт голос ночью, но есть одно исключение: младенцы». Европейцы с нашим культом Богоматери и Младенца Христа, конечно, так не выражаются. Но дети продолжают плакать и в Японии, и в Европе, и этот невыносимый для всех родителей звук продолжает мучить и их самих, и соседей. Но шум ли это? Как вообще можно законодательно запретить младенцам плакать?

Сами граждане понимают шум очень широко. Несколько лет назад, например, в Санкт-Петербурге всерьёз предлагали добавить в городской Кодекс об административных правонарушениях пункт, который запрещал в ночное время шум, похожий на топот котов. Законодатели не сами придумали этот бред. Просто в полицию по поводу топота котов поступали многократные жалобы.

Последнее время в Москве стали активно жаловаться на крик чаек, особенно по утрам. Чайки действительно расплодились и стали залетать вглубь жилых кварталов. И как им запретить кричать?
А репетиции на фортепьяно или скрипке, негромко работающий телевизор, тихая музыка, танцы? Это тоже шум?

В Москве, Санкт-Петербурге и других крупных городах жители массово жалуются на звон церковных колоколов. Руководство РПЦ справедливо возмущается и настаивает: колокола – это не шум.

Проблема тут не столько в шуме, сколько в нашей собственной реакции. Кто-то на звук открывающейся двери лифта не обратит внимания вообще, а для кого-то это повод для панической атаки. У меня, например, есть знакомый, которого безумно раздражает писк моего попугая. Если он звонит, то неизменно умоляет меня выйти в другую комнату и закрыть дверь, чтобы попугайские песни не были слышны. Но всех остальных попугай только умиляет. И как тут быть?

Жить невозможно без насаждений

Решать проблему шума давно уже взялись градостроители и экологи. И сделано по этой части уже немало. Сейчас в Москве, например, в тестовом режиме начали работать микрофоны-шумомеры. Они честно фиксируют, что столица живёт на пределе допустимых шумовых значений.

Архитекторы по части шума давно уже консультируются с биотехнологами и нейроурбанистами, задача которых – снять стрессовую нагрузку городов. Сильно снижает шумовой эффект введение электротранспорта и специальных «тихих» дорожных покрытий, которые уменьшают шум улиц на несколько децибел. В городах применяют шумозащитные экраны, приглушающие звуки больших магистралей.

Надо отдать должное всем этим усилиям. Например, замеры показывают, что московское метро стало существенно тише: помогли «бархатные» рельсы и новый подвижной состав.

Но, как ни странно, лучше новых технологий работает старая практика застройки. Советские планировщики ещё на этапе проектирования учитывали шумовые показатели. Использовалась так называемая периметральная застройка, когда вдоль улиц шли сплошные дома (как на Ленинградском проспекте в Москве), играющие роль экранов, а внутри формировались тихие изолированные дворы.

Архитекторы считают, что следует срочно восстанавливать утраченные навыки профессиональной работы с городской средой и снова «открыть», например, функции зелёных насаждений. Ведь парки и скверы прекрасно экранируют городской шум. Хочется верить, что старые навыки градостроительства и новые технологии постепенно если и не вернут в наши города деревенскую тишину, то хотя бы снизят громкость.