...Ну а Глафира, немного загримировав своё лицо немосковской внешности, чтобы потом её случайно жулики на улице не узнали, чуть ли не каждый день отправлялась в рейд. И получала за день уже не двадцатку, а намного больше. Однако лёгкие деньги не развратили девушку. Она одевалась скромно. Не курила, не выпивала, не допускала внебрачных связей даже с коллегами из отдела.

Он согласился. Тут же прислал фотку – обычный парень, 38 лет, выглядит даже моложе, не страшный, но и не красавец – тем более я сейчас всех сравниваю со своим гаишником, в которого была до этого влюблена. Переписка началась утром, и за день мы уже сто раз поругались. Говорю: «Не пойду никуда!» «Нет, пойдёшь». В итоге этот Дима пишет: «Я побежал за машиной».

Острые на язык подруги им уже приписали служебный роман и давно уложили в одну постель, да только досужие сплетни всё это, ничего и близко не было. Такой сценарий вполне бы мог сложиться, но только при условии, если бы Света не была замужем. Она в этом смысле старомодна, вся в маму с бабушкой, для которых супружеская измена – отнюдь не романтический адюльтер, как говорят изысканные французы, а настоящее предательство. Для которого не существует прощения и смягчающих обстоятельств.

Мы с ним прожили вместе почти 17 лет, за ним и раньше водились грешки. Он в начале наших отношений вёл свободный образ жизни, потом всё вроде выровнялось. А когда пошёл на СВО, то, возможно, большие деньги и постоянный риск побудили его вернуться к прежнему. Я догадывалась об этом ещё год назад, но жалела, прощала.

Например, одна моя знакомая всю жизнь имела связь с женатым. Хотя трудно встретить человека доброжелательнее, порядочнее и участливее её. Ну вот так получилось – была ещё молодая, влюбилась, закрутился бурный роман. А потом они поссорились. Ещё и посторонние наговорили им всякого… В результате она стала встречаться с другим, и он с другой.

Между прочим, от этого мужика, всеобщего полюбовника, не только у девок головы сносит, но и у женщин за шестьдесят. Знаю это, потому что некоторые делились – он к ним в эротических снах приходит. При этом внешность у товарища такая, что, на мой взгляд, только обнять и плакать. Но вкусы у всех разные, конечно. У него ещё и с дикцией проблемы.

Варя долго не решалась окончательно порвать с ним, боясь одиночества и ожидавшей впереди неизвестности. Но внезапный приезд подруги детства из Москвы вдохнул в неё надежду на новую жизнь, и, почувствовав эту поддержку, она воспрянула духом. Настолько, что на дне своего рождения, вспылив от мимолётного замечания мужа «меньше пить», плеснула ему в лицо вином из рюмки.

Роман Андреевич любил женщин. Но не всех, а только тех, которых жалел. А что? Раньше на Руси даже в любви так признавались: «Жалею тебя». Так вот, чтобы влюбиться, Роману нужно было сначала пожалеть – девочку, девушку, женщину. Впервые это случилось в детском садике. Хорошенькая кудрявая Аллочка упала и сильно ушибла коленку. Она так горько плакала, что у Ромы немедленно затрепыхалось что-то в груди.

Кто же из старшего поколения не помнит знаменитую фразу: «Жизнь даётся человеку один раз, и прожить её надо так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы». Если перефразировать, то можно сказать: Новый год надо встретить так, чтоб ещё целый год о нём вспоминать. Увы, мне ничего подобного не светило.

Старенький трактор «Беларус» вынырнул из-за холма и быстро запылил по дороге. Позади, погромыхивая, болталась тележка. Ирина уже наперёд знала, что будет дальше. Лёня выпрыгнул из кабины, растворил ворота и въехал в просторный двор. Заглушив мотор, метнулся в дом, прихватив с собой свёрток. Лёня не был запойным, выпивал от случая к случаю, когда удавалось схалтурить. Но, поскольку техника у него имелась, халтура подворачивалась часто.

Вечерами она ходит гулять по посёлку. В первое время мечталось ей: прижиться и остаться в Иглице навсегда, и когда прошло несколько месяцев, наступила зима, выпал снег и лёг на крыши, улицы, деревья, на озеро, она и правда почувствовала себя здесь своей, словно жила в Иглице с детства. Даже больше: ей стали близкими все заботы посёлка, и главная из них – начавшееся рядом строительство большого завода.

...А потом была скромная свадьба. Свекровь неохотно приняла невестку и на торжество не приехала. Рухнула её мечта о покорной черноволосой жене для сына. Верочка, пытаясь расположить к себе мать мужа, из блондинки перекрасилась в брюнетку. Свекровь не оценила и этого и, когда молодожёны приезжали к ней, вела себя вежливо, но холодно.