Я знал одну такую парочку старичков. Это было давно, в середине восьмидесятых. Вернее, лично с ними я знаком не был, но видел часто. О подробностях их жизни мне рассказал приятель, живший в соседнем доме. Я у приятеля довольно часто бывал. В подъезде его дома сидели по очереди, через день, консьерж и консьержка.

Каждый вечер он обязательно звонил узнать, как прошёл день, что интересного случилось. Но вот в последние месяцы я начала задумываться: а дальше что? Катаемся так уже четыре года – и?.. Дети и у меня, и у него выросли, разъехались, мы вроде как единственные друг у друга остались. И однажды я вслух задала ему этот вопрос. Мой вроде бы решительный и умный мужчина как-то неуверенно залепетал.

Ой! Что-то неопознанное зацепилось за каблук и – хрясь! Моё тело, лишившись опоры, продолжило движение, наглядно иллюстрируя понятие инерции. Я потеряла равновесие и всем телом плюхнулась в лужу. Причёска! Колготки! Платье! Макияж!
– Простите, ради бога, я не хотел…
Наглость какая! Я в вечернем туалете разлеглась в луже, а он не хотел! Это был он, мой рок. Тёмные глаза в обрамлении длинных ресниц округлились.

...Ну, пока искали «такую же», она сама забеременела. Как он рад был – словами не передать. Родила девочку – свою копию, как он и хотел. Он своих женщин буквально на руках носил. А когда дочери исполнилось десять лет, жена затосковала. Так и не стерпелось – не слюбилось. Хотя там и все родственники с его стороны, и он сам пылинки с неё сдували. Но сердцу не прикажешь.

По выходным ходили в рощу, но особенно любили гулять вечерами по берегу Волги. По реке, сияя огнями и оглашая просторы музыкой, плыли теплоходы. А на противоположном берегу горели прожектора, слышался шум работающих машин. Это возводилась ГЭС. От картины дух захватывало! По выходным мы ходили в кино и на танцы. В кинотеатре «Заря» тем летом был аншлаг. Впервые демонстрировались французские комедии с Луи де Фюнесом и Пьером Ришаром.

В те годы мы, девчонки, форсили. Вера не была исключением: на ней были модные туфельки на шпильках. Девушка, споткнувшись об ногу парня, ойкнула и потеряла равновесие. Упала, ободрала руки и коленки до крови. Компания вновь захохотала. Что сделала бы любая другая? Расплакалась и не оглядываясь пошла бы поскорее прочь.

За дверью стояли две женщины. Одной лет 55, вторая выглядела значительно моложе, лет сорока. На улице уже неделю стояли сильные морозы и, по всему видно, спадать в ближайшие дни не собирались. Женщины кутались в приподнятые воротники зимних пальто. Было видно, что на улице они находились очень долго: выбившиеся из-под шапки пряди волос успели покрыться хрустальным инеем. Женщины окинули равнодушным взглядом его бледные телеса. И даже слегка поморщились.

Вздохнув с облегчением, Олег собрался вставать, как вдруг перед ним оказалась ещё одна тарелочка, чуть меньших размеров, доверху наполненная солянкой с аппетитными кусками сочного мяса. Олег, конечно же, любил солянку, поэтому, поддавшись искушению, остался за столом. Теперь уже тщательно пережёвывая пищу, он наслаждался вкуснейшей солянкой в своей жизни. Озабоченно посмотрев на него, Маргарита Петровна вдруг спросила:

Наденька всячески намекала Сане на романтические отношения. Однако, видя, что тот не реагирует на её тонкие подводки к совместному проведению досуга, Наденька задумалась, как бы намекнуть более явно. Спросила совета у подруги, и та подсказала верный способ. На следующий день Наденька принесла из дома ноутбук и, томно вздохнув, попросила Саню его починить.

На время Ваня перестал появляться в общежитии. Но на работе они виделись, поскольку трудились в одном цехе. Однако не прошло и двух месяцев, и Люда стала выглядеть, словно птица с перебитыми крыльями: исчез блесквглазах, вся она как-то поникла. Принц оказался с гнильцой: выяснилось, что он параллельно встречался с другой девушкой. Как только её родители пообещали подарить молодым квартиру на свадьбу, красавчик бросил Люду и сделал второй подруге предложение.

Летний день уже клонился к вечеру, и выглядел мастер довольно усталым – мой стол был явно не первым в его графике. Я так радовалась покупке, что с порога предложила сборщику чай, кофе, бутерброды и даже последнее пирожное. Мастер вежливо поблагодарил и отказался: его ждали ещё три заказчика. Парнишка деловито принялся за работу. Коробки были тут же распакованы, картонки отброшены, и наконец я увидела благородные отблески полированного красного дерева.